Рюриковичи. Часть 3

Тип статьи:
Авторская

Другая ветвь Рюриковичей утвердилась на юго-западе Руси, в отвоёванных у Польши червенских городах. Эта династия происходила от старшего сына Ярослава Мудрого – Владимира, княжившего в Новгороде и особо почитавшегося там за создание Софийского храма. Владимиру Ярославичу не удалось править в стольном Киеве и возглавлять род Рюрика – он окончил свой земной путь за два года до смерти отца. Согласно обычаям того времени, потомки Владимира превращались в изгоев – они теряли возможность продвигаться к старшинству и должны были довольствоваться той волостью, которую выделят им родичи. После длительной борьбы с другими князьями они сумели удержаться в Теребовле, Перемышле, Галиче.

Наиболее известен праправнук Владимира Ярославича – галицкий князь Ярослав Владимирович Осмомысл, отец воспетой в «Слове о полку Игореве» Ярославны. В упомянутом древнерусском памятнике говорится, что этот князь высоко сидит на златокованом столе, подпирая своими железными полками горы Угорские, суды рядя по Дунаю, отворяя Киеву врата. Ярослав Осмомысл, владения которого простирались от Карпат до устья Прута, мог считаться одним из самых могущественных и знаменитых правителей того времени; он отличался мудростью и красноречием. Однако в Галиче уже крепли позиции местной аристократии, и бояре нередко пытались диктовать свою волю даже князю. Самому Ярославу пришлось пережить личную трагедию, когда бояре сожгли на костре его возлюбленную Настасью. Не было исполнено и завещание Осмомысла, пытавшегося передать власть своему внебрачному сыну – Олегу «Настасьичу». Законный же сын Ярослава, Владимир, снискавший поначалу благосклонность бояр, вскоре из-за своего беспутного поведения также оказался им неугоден и был изгнан с княжения. Власть в Галиче, согласно воле местных вельмож, перешла к представителю другой ветви Рюриковичей – к потомку Мономаха, волынскому князю Роману Мстиславичу, речь о котором пойдёт в последствии.

Более благоприятной как будто должна была оказаться судьба наследников другого Ярославича – великого князя киевского Изяслава. Действительно, сын последнего Святополк также удостоился чести править в столице державы Рюриковичей. Однако Святополк и другие потомки Изяслава не показали себя справедливыми и благородными людьми и потому не пользовались авторитетом. Не отличались они и такой смелостью и энергией, как представители мятежного рода Ольговичей, которым удалось занять важные позиции и добиться права княжить в Киеве, невзирая на отсутствие уважения к ним у киевлян и других русиичей. После смерти Святополка Киевского в 1113 году и его брата Ярополка Туровского в 1086 году внуки и правнуки Изяслава Ярославича владели незначительными княжествами и не играли существенной роли в происходивших на Руси событиях.

Наиболее важную роль в событиях XII-XIII веков и в дальнейшем играли потомки Святослава Ярославича (более известные под именем Ольговичей) и Всеволода Ярославича (Мономашичи). Именно между представителями этих княжеских домов происходила борьба за киевский стол, именно из Мономашичей и Ольговичей выдвинулись самые выдающиеся деятели русской истории того времени.

Князья черниговские и новгород-северские, сыновья и внуки Олега Святославича, подобно ему, имели обычай приводить на Русь степных варваров-половцев, используя их в борьбе со своими политическими противниками. Многие представители этой ветви Рюриковичей породнились с половцами, взяв в жёны ханских дочерей. Привлечение на свою сторону иноплеменников, разжигание междоусобных войн, притеснение народа представителями черниговской администрации – всё это, естественно, не могло способствовать укреплению авторитета Ольговичей в Киеве и других городах. Однако потомки Гориславича, умело используя раздоры среди Мономашичей, смогли принудить последних признать свои права на старшинство. Первым из Ольговичей в 1139 году киевский стол занял сын Гориславича Всеволод, который, как и его отец, был человеком умным и деятельным, но неразборчивым в средствах для достижения цели. Всеволод не пользовался авторитетом у киевлян, и это отразилось на судьбе его брата Игоря, ставшего в 1146 году его преемником на великом княжении. Игорю Ольговичу недолгое правление в Киеве принесло лишь несчастья – неудачи в междоусобной войне, плен и заточение. Попытки третьего Ольговича – Святослава (отца героя «Слова о полку Игореве») – освободить брата из неволи только ускорили трагическую развязку: в сентябре 1147 года Игорь, ставший к тому времени схимником в киевском Федоровском монастыре, был растерзан озверевшей толпой. После поражения и гибели этого князя власть в Киеве надолго возвратилась к представителям рода Мономаха. Но горькая участь страстотерпца Игоря Ольговича не отвратила его родичей от мечты о стольном граде их предков. Впоследствии великими князьями киевскими были сын и внук Всеволода Ольговича – Святослав Всеволодович и Всеволод Святославич Чермный. Затем на протяжении ряда лет борьбу за киевский стол вёл сын Всеволода Чермного Михаил. Этот черниговский князь, переживший Батыево нашествие 1237-1241 годов, принял в 1246 году в Орде мученическую кончину. Он был казнён по повелению хана Батыя за отказ исполнить противоречащие христианскому учению монгольские языческие обряды.

Князь Игорь Святославич новгород-северскийИтак, из числа Ольговичей вышли и великие киевские князья, которые достигли определённых успехов во внешней и внутренней политике (Всеволод Ольгович, Святослав Всеволодович), и канонизировнные Православной церковью святые (Игорь Ольгович, Михаил Всеволодович). Однако наибольшую известность из представителей этого рода получил внук Олега Гориславича – Игорь Святославич новгород-северский, совершавший в 1185 году неудачный поход против половцев. Великое произведение древнерусской литературы увековечило память о нём.

Кроме черниговских, новгород-северских и путивильских князей потомками Святослава Ярославича Киевского являлись правители Мурома и Рязани. Следует упомянуть также о внуках Святослава, детях его сына Давыда (то есть о племянниках Олега Гориславича) – Изяславе, княжившем в 1157-1159 годах в Киеве, и Николе-Святоше – первом Рюриковиче, добровольно принявшем иноческий пстриг и подвизавшемся в Киево-Печёрском монастыре.

Самое значительное место в истории Руси XII-XIII веков занимают князья из рода Мономашичей. Мстислав Храбрый, Мстислав Удалой, Роман Великий, Даниил Галицкий, Юрий Долгорукий, Андрей Боголюбский, Александр Невский – вот далеко не полный перечень выдающихся полководцев и государей, представлявших эту линию Рюриковичей. Потомками Владимира Мономаха являлись и великие московские князья, и первые русские цари.

Мономашичи делились на две ветви – старшую и младшую, между которыми во второй половине XII века происходила ожесточённая борьба. Старшие Мономашичи, происходившие от Мстислава Великого, имели волости на западе и юго-западе, в Волынской, Галицкой и Смоленской землях. Младшая линия Мономашичей пошла от Юрия Долгорукого. Его потомки владели землями на северо-востоке, в Ростово-Суздальском крае.

Из сыновей Мстислава Великого наиболее известны княжившие в Киеве Изяслав и Ростислав. Старший же сын Всеволод (в крещении – Гавриил) отличился тем, что именно его изгнание из Новгорода в 1136 году положило начало независимости Северо-Западной Руси от Киева и установившемуся у новгородцев обычаю по своей воле избирать или смещать князей. Однако Всеволод-Гавриил стал первым самостоятельным князем Пскова, за что удостоился в этом северо-западном русском городе особого почитания.

Князь Изяслав Мстиславич

Изяслав Мстиславич, князь владимиро-волынский и переяславский, получил киевский великокняжеский стол, воспользовавшись недовольством киевлян Ольговичами. Он правил в Киеве с 1146 по 1154 год, и всё это время ему приходилось отстаивать право на княжение в столице Древней Руси в упорной борьбе со своими дядьями (в первую очередь, с суздальским князем Юрием Долгоруким) и с черниговскими князьями – родичами несчастного Игоря Ольговича. Летописные статьи за годы пребывания Изяслава Мстиславича на киевском столе почти сплошь представляют собой описания междоусобных войн русских князей.

Князь Ростислав МстиславичМладший брат Изяслава Ростислав отличался более миролюбивым характером. Среди вражды и ожесточения тех лет нечасто, наверное, приходилось слышать слова, подобные тем, с которыми, по свидетельству летописца, он обратился к своему старшему брату: «…Русских ради земель и христиан ради, я люблю, брат, мир… Ныне же, брат, христиан ради и всей Русской земли, примирись». Древние памятники также свидетельствуют о почтении Ростислава к старшим, о преданности брату Изяславу, которому он был верным и надёжным союзником. Ростислав Мстиславич являлся князем смоленским, в последние же годы жизни он правил в стольном Киеве, будучи возведён на великокняжеский стол «матери городов русских» благодаря своему племяннику Мстиславу Изяславичу. Русский историй XIX века С.М. Соловьёв писал о родоначальнике смоленских князей: «Ростислав отличался охранительным харакетором: постоянно почтительный перед старшим братом, покорный его воле, он был почтителен и перед дядьями, с неудовольствием смотрел на борьбу с ними старшего брата, уговаривал его уступить им; и когда самому пришла очередь быть старшим в роде, то потребовал от младших такого же повиновения, какое сам оказывал своим старшим…Но и всех … младших родичей ни в чём не обидел, всех старался примирить, всех наделял волостями, так что при конце его жизни повсюду водворилось спокойствие…»

Сыновья Ростислава Роман и Рюрик, а также уже упоминавшийся племянник этого князя Мстислав Изяславич в свою очередь побывали на великокняжеском столе Киева. Но наибольшую славу из представителей старшей ветви Мономашичей этого поколения приобрёл младший сын Ростислава Мстиславича – Мстислав Храбрый. Он отличался рыцарской доблестью и прослыл самым отважным из русских князей того времени. По свидетельству летописцев, Мстислав был «крепок на рати», всегда рвался на великие дела и никого не боялся, кроме Бога. Не было такой земли на Руси, где его не любили бы и не мечтали иметь своим князем. Этого витязя уважали даже вольнолюбивые новгородцы, не особенно чтившие приглашённых к ним князей. И когда Мстислав Ростиславич, ещё будучи молодым, скончался в Новгороде в 1180 году, он был похоронен в Софийском соборе рядом с основателем этого храма – Владимиром, сыном Ярослава Мудрого. А впоследствии, подобно отцу и деду, он был причислен Православной церковью к лику святых.

Мстислав Мстиславич Удалой

Прославился и сын Мстислава Храброго – Мстислав Мстиславич Удалой, князь торопецкий, новгородский, галицкий. Он также отличался неутомимой деятельностью и проявил храбрость во многих войнах и сражениях. Мстислав Удалой оборонял русские земли от половцев и венгров, совершал успешные походы на Чудь, участвовал и в междоусобных княжеских распрях. Однако, в условиях осложнившейся внешнеполитической обстановки одной храбрости и удали было недостаточно. И наиболее прославленных из русских князей начала XIII века в конце жизни не избежал крупных ошибок и неудач. Потерпев в 1223 году поражение при Калке от монголов, Мстислав утратил славу непобедимого воителя. Он скончался в 1228 году в Галиче, приняв славу непобедимого воителя. Он скончался в 1228 году в Галиче, приняв перед смертью монашество. А наследником блестящих качеств, отличавших южнорусских князей, - храбрости, благочестия, самоотверженного служения родной змле – стал внук Мстислава Удалого, сын его дочери Ростиславы Феодосии, знаменитый победитель шведских и немецких рыцарей Александр Невский.

Судьба потомков старшего сына Мстислава Великого Изяслава оказалась связана с Юго-Западной Русью. Мстислав Изяславич, изгнанный с киевского княжения владимиро-суздальским князем Андреем Боголюдским, удалился на Волынь и лишь на непродолжительное время возвратил себе власть в Киеве. Роман, сын Мстислава Изяславича и дочери польского короля Болеслава, сумел присоединить к полученному в наследие от отца Волынскому княжеству соседнее Галицкое и распространить свою власть на Киевщину. Он стал одним из самых могущественных русских князей того времени и заставил считаться с собой Византию, Польшу, Венгрию и даже Рим. Но вмешательство Романа Мстиславича в дела соседних государств привело его к преждевременной смерти. Князь Роман, неоднократно принимавший участие в происходившей в Польше междоусобной борьбе, был убит в 1205 году во время похода на берега Вислы. Малолетним княжичам Даниилу и Васильку – сыновьям Романа Мстиславича пришлось пережить много скитаний и несчастий. Лишь много лет спустя им удалось возвратить владения своего отца. В дальнейшем Даниил Романович Галицкий стал выдающимся государем. Он одержал ряд значительных побед, вёл борьбу против засилья бояр, содействовал развитию городов (при нём были построены Холм, Львов, Угровск, Данилов). Однако, в годы княжения Даниила Галицкая и Волынская земли, подобно большинству русских княжеств, подверглись нашествию Батыевых полчищ. Гордому потомку Мономаха было трудно смириться с ненавистным гнетом завоевателей. Он мечтал свергнуть владычество монгольских ханов и потому стремился заключить союз с западными странами, соглашаясь даже на церковную унию. В 1254 году Даниил Романович получил от Папы Римского королевский титул. Но надежде на избавление от власти Орды не суждено было осуществиться – в западных странах боялись монголов и не решались оказать русским реальную помощь в борьбе с ними. После смерти Даниила Романовича в 1264 году Галицко-Волынская земля утратила былое значение: она распалась на ряд волостей, а в середине XIV века оказалась под властью великого княжества Литовского.

Северо-Восточная Русь, ставшая в дальнейшем центром единого Российского государства, оказалась уделом младшей ветви Мономашичей. Первым независимым от Киева князем в этих краях был сын Мономаха Юрий Долгорукий – основатель Москвы и ряда других городов Ростово-Суздальской земли. Юрий Владимирович Долгорукий

До конца дней своих Юрий Владимирович мечтал о киевском княжении, вёл упорную борьбу за стольный город отца и деда. Сын Юрия Долгорукого Андрей (прозванный Боголюбским по наименованию основанного им городка Боголюбова) понял бесперспективность попыток закрепиться на юге Руси и стал обустраивать города северного, залесского края. Даже после того, как полсанные Андреем войска захватили Киев, этот князь не пожелал покинуть свою новую столицу – Владимир на Клязьме и передал киевский стол своему брату, а затем – двоюродному племяннику. Многими своими чертами Андрей Боголюбский предвосхитил грядущих московских самодержцев: он самовластно правил всем Ростово-Суздальским краем, пытался держать под своим контролем и остальные русские земли и повелевать другими князьями. Но достаточных оснований для такого самовластного правления в домонгольский период ещё не существовало, и поэтому Боголюбскому и в Новгороде, и на юге Руси приходилось сталкиваться с отчаянным сопротивлением. В конце концов этот князь потерпел неудачу в попытке добиться беспрекословного послушания во всех русских землях, а в 1174 году был убит своими приближёнными.

Всеволод Большое Гнездо

Наибольшего процветания и величия достигла Суздальская земля при младшем брате Андрея Боголюбского – Всеволоде Большое Гнездо, княжившем во Владимире в 1176-1212 годах. Этот умный и властный правитель подчинил своему влиянию Рязань, сумел поставить в зависимость Киев и Чернигов, стремился держать под контролем Новгород. По словам автора «Слово о полку Игореве», могущество Всеволода было столь велико, что этот князь мог Волгу раскропить вёслами, а Дон шлемами вычерпать. В годы княжения Всеволода Большое Гнездо расширялась территория княжества, достигла расцвета культура. Но после его смерти Северо-Восточная Русь оказалась раздробленной на владения нескольких князей и не избежала кровопролитных междоусобных войн.

В середине XIII века, при жизни сыновей и внуков Всеволода, Русскую землю постигла страшная катастрофа. Нахлынувшие из глубин Азии полчища монголов и подвластных им племён и народов обратили в пепелища процветавшие прежде города и селения. Множество русских людей погибли или были угнаны в неволю. Не миновали горькой доли и представители рода Рюриковичей – обрушившаяся на Русь гроза унесла жизни рязанских князей Юрия Игоревича и Романа Ингваревича, великого князя владимирского Юрия Всеволодовича, его детей и внуков, ростовского князя Василька Константиновича и многих других. Третьему сыну Всеволода Большое Гнездо – Ярославу – не пришло сражаться с монголами. После смерти старшего брата он вернулся в разгромленный врагами Владимир и занял великокняжеский стол. Ярославу Всеволодовичу и его преемникам предстояло налаживать отношения с восточными завоевателями, под игом которых оказалась Русь, а также поднимать из пепла родные города и закладывать основы будущего возрождения страны. Большое значение имели победы над шведскими и немецкими агрессорами, одержанные сыном Ярослава – Александром Невским: благодаря им был предотвращён раздел русских земель между завоевателями, пришедшими с Востока и с Запада, сохранилась возможность дальнейшего объединения страны. Однако в результате монгольского завоевания от северо-восточных и северо-западных русских территорий надолго оказались оторванными южные и западные княжества, вскоре перешедшие под власть Литвы. Литовское господство было легче ордынского гнета. Но на принадлежавших Литве землях русские князья из рода Рюрика перестали быть самостоятельными государями.

В то же время на северо-востоке Руси, несмотря на двухвековое татаро монгольское иго, продолжали править князья из династии Рюриковичей. Здесь по-прежнему действовали старые обычаи наследования, хотя права князей на их владения должны были теперь утверждаться ордынскими ханами, властно вмешивающимися в распределение княжеских столов. Столица Суздальской земли, подвергшаяся страшному разорению в 1238 году и не оставляемая в покое завоевателями и в дальнейшем, утратила былое значение. Но старейшим князем Северо-Восточной Руси считался тот, кто получал ярлык (особую грамоту) на великое княжение Владимирское.

394
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...